Как гора превратилась в город: изучена история чупаевского камня

Первый памятник камню

Чупаевский камень теперь называют частью культурного кода Альметьевска. Ведь вся его центральная часть в период бурного освоения татарстанской нефти была построена из этого светло-серого камня, который добывали в 16 километрах по прямой от города в сторону Казани – из Чупай-горы.

Альметьевцы и не задумывались о необычном материале, из которого в 1950-1960-е годы построены лучшие дома города. Удивляло удивление, которое вызывал у приезжих этот камень своим необычным видом…

Вот и известный скульптор из Санкт-Петербурга Павел Игнатьев, первый раз приехав в Альметьевск в 2017 году, был впечатлен этим красивым и с богатой историей материалом. «Я влюбился в этот камень. В нём чувствуется своя энергетика, он обладает интересными оттенками, меняющимися при разном освещении. Вместе с тем в нём чувствуется особая теплота. Мне захотелось перевести его из строительной в художественную отрасль», – рассказал он.

Игнатьев, в Альметьевске больше известный по своей скульптуре Тукая на велосипеде, в следующий приезд оформил чупаевским камнем старинный родник на городском Каскаде прудов. Композицию можно считать своеобразным памятником этому уникальному камню.

От бараков до сталинок

…В своей истории село Альметьево, предшественник Альметьевска, не раз горело. В 1901 году огонь уничтожил половину домов. Уцелела мечеть, которую в 1885–1895 годах построил из чупаевского камня местный бай Хаджи Исхак Ильяси. Устояли перед огнем и его каменные магазины…

В 1950 году 28-летний студент московского Литературного института им. Горького Адиб Маликов приехал в эти края в творческую командировку. Он побывал и в селе Альметьево (Альметьевска ещё не было). Вот его первое впечатление:

«…По утопающей в зелени широкой улице с дощатыми тротуарами подъехали к двухэтажному дому из белого камня – здесь размещались райком и райисполком. Это здание, как пояснил первый секретарь Альметьевского райкома КПСС Кутдус Хайрутдинович Хайрутдинов, было построено в 1933–1936 годах из чупаевского камня. Мастера из Чупаево и соседних сел Маметьево, Кичучатово обтесывали топорами глыбы, пока те были сырыми и мягкими. На солнце же они становились твердыми, как бетон. Из этого камня те же умельцы построили мечеть и церковь. Да и на надгробия шел этот материал.

– А запасов в этой горе на несколько городов хватит! – прихвастнул первый секретарь. – Вот богатство так богатство!»

И в самом деле, пройдёт несколько лет, и центральная улица возникшего в чистом поле Альметьевска будет выстроена сплошь из этого камня. По начало 1960 годов из него построены все капитальные дома-сталинки не только Альметьевска, но и других новых городов и поселков нефтяного юго-востока Татарстана, включая посёлок Нефтяников в Елабужском районе. Везде, где находили нефть, туда и везли чупаевский камень. Просто тогда в округе не было другого материала, даже подходящей глины для кирпича.

А поначалу с лесоперерабатывающих предприятий Советского Союза, в том числе из Карелии, в бурно развивавшийся нефтяной край спешно поставлялись сборно-щитовые дома. Они были трёх типов: бараки для рабочих, «финские» домики для квалифицированных специалистов и двухэтажные дома. На месте собирались брусчатые каркасы с дощатой обрешеткой, покрытой дранкой. На финише поверхности штукатурились. Полости стен засыпались опилками, поэтому там было излюбленное место для мышей.

Эти «времянки» очень выручили в первое время, и простояли они несколько десятилетий. Ещё в начале XXI века их можно было кое-где увидеть.

Из воспоминаний Владимира Ивановича Пестова, работавшего в «Альметьевнефти»:

«В 1950-м, когда я приехал работать в Альметьево, было здесь не очень приветливо. Хлеба нет, продуктов нет. Жить негде, расселялись по частным домам в Бигашеве, Мактаме, Тихоновке, а то и по палаткам, хотя зима на носу. Постепенно начали строить бараки, но даже камня под фундамент не было. Покупали у крестьян каменные кладовые на стройматериал. Когда уж открыли Чупаевский карьер – пошло дело...»

Первые двухэтажные каменные дома в новом городе появились в 1954 году. Среди них – здание горкома партии на улице Клары Цеткин (ныне – Управление соцзащиты). В 1955 году сформировалась первая улица – Маяковского, протянувшаяся на два километра в сторону реки Зай. Здесь по одну сторону были бараки, по другую – каменные двухэтажки.

На стройки пришли жители окрестных сел, много было женщин из Бигашево (ныне входит в город в его нижней части). Они таскали наверх и укладывали камни весом около 40 кг каждый. Когда нужно было подогнать по размеру оставшегося проема, пилили их вручную.

От технологии египетских пирамид…

Экскурсоводами по бывшей Чупай-горе, её окрестностям и селам мне, моей жене Асие и сыну Аскару были поочередно местный энтузиаст-краевед Дамир Идрисов (он представляется как Дамир-Чупай), библиотекарь из Чупаево Резеда Ахметшина и директор музея Ризы Фахретдина в Кичучатово Диляра Гимранова.

Мы записали воспоминания старожилов, работавших на Чупаевском карьере. Выяснилось, что до появления Альметьевска первые нефтяники селились в селе Чупаево в сборно-щитовых бараках и «финских» домиках. Жизнь тогда стала по сельским меркам сказочной. У меня закралось подозрение, что Чупаево, а не Альметьево могло стать нефтяной столицей, благо стройматериал рядом.

В то же время Диляра Гимранова утверждает, что эта роль поначалу была уготована Кичучатово, расположенному на перекрестке нескольких дорог. А теперь мимо села прокладывают скоростную автотрассу из Казани в сторону Китая, которую местные называют «Пекинской». К тому же в здешних недрах в своё время обнаружили огромные запасы питьевой воды…

Камень вырубали и обтесывали вручную. Это делалось примерно так же, как при строительстве египетских пирамид, которые возводились из похожего известняка. В породе сверлили отверстия, в них забивали деревянные клинья, которые поливали водой (желательно кипятком) для разбухания…

Создавать кирпичные заводы – дело долгое. Сначала надо найти подходящее месторождение глины, потом испытать полученный кирпич… А качество и долговечность чупая не нуждались в испытаниях – прочные постройки из него стояли повсеместно с давних времен.

Из первых практических шагов было создание в Альметьевске специальной бригады с техникой. Первым руководителем Чупаевского карьера в 1950 году стал местный житель Хаертдин Хасаншевич Ахметшин. Записи с его слов сохранил Дамир Идрисов. Сохранились также воспоминания Халима Саримова, работавшего в карьере с 1951 года подсобным рабочим, потом горным мастером, а в 1973–1985 годах возглавлявшего все производство.

По их сведениям, поначалу в каменоломне работали около 100 человек – жители окрестных сел. В 1953 году было уже 750 работников. Горные мастера готовились из своих рабочих, которые обучались в Бугульме.

Добытый материал поначалу направляли для закладки фундаментов, строительства товарных парков. Заказов было много, и работники не поспевали вручную вырезать камни. Работали и ночью. При этом их часто привлекали на стройки Альметьевска из-за нехватки там рабочих рук.

Механизмов не было, только кирки, кувалды, лопаты, клинья, тачки… Этот малопроизводительный труд требовал большой физической нагрузки. С ростом потребности в стеновом материале вручную изготавливать в камень в больших объёмах уже было не под силу.

Эта эпопея навеяла альметьевской поэтессе Сажиде Сулеймановой строки:

…Монументы царям,

и дворцы, и каскады колонн…

Все – из камня, из камня.

Удел его прочен и ясен.

Ну а кто этот камень

дробил, и точил, и колол?

Безымянный строитель,

чей подвиг велик и прекрасен…

(Перевод Людмилы Щипахиной).

…до чудо-камнерезки

В 1953 году на карьер прибыли две резательные машины, которые пропиливали породу на глубину до метра. Затем эти камни, пока сырые, вручную дорабатывались, как и прежде, рубанком (настругом) и топором.

Потом появились комбайны, которые вырезали готовые камни размером 39х19х19 см, что равнозначно семи кирпичам. Машина зубчатыми дисками-резаками с победитовыми наконечниками за одну проходку резала в двух плоскостях. Следующим заходом делался поперечный пропил. Таким образом, один ряд камней срезался в два приёма. Диски постоянно приходилось заменять.

Но погрузка продукции на грузовики по-прежнему велась вручную. Сначала обслуга комбайнов вручную убирала камни в сторону. Затем их носили в грузовик женщины из Кичучатово, Маметьево, Чупаево. В колхозе в основном трудодни оплачивались сельхозпродукцией, денег было мало, поэтому отбоя от желающих подзаработать не было.

…Вот на фото красивые, стройные татарки, которые после безденежной барщины в колхозе приходили вечерами в карьер грузить камень, каждый по 40 кг, на грузовики. Они улыбаются, что не характерно для фото тех времен. Наверное, потому у них хорошее настроение, что за эту работу они получали живые деньги и за три месяца могли заработать на корову.

Потом уже появился базовый погрузчик ДТ-55…

Сегодня от тех чудо-машин остался лишь диск-резак, сохраненный Дамиром. Эти комбайны давно сняты с производства, но их ещё можно увидеть где-то в карьерах страны…

Поступили и другие механизмы – скреперы, бульдозеры, экскаваторы. С их помощью снимали верхний слой земли и некачественного камня. Где невозможно было добывать с помощью техники, взрывали грунт. Механизация почти всех видов работ позволила перейти на трёхсменную работу.

По мере роста производства продукция уже пошла на строительство домов. Мелкие остатки шли на прокладку дорог. Часть материалов отправлялась для погрузки на станции «Кульшарипово» (затем она называлась «Калейкино», ныне – «Альметьевск»). Сохранилось предание, что односельчанин, служивший в 1950-е годы в Восточной Германии, видел там на станции груженные камнем вагоны с точкой отправки «Кульшарипово»…

Но на городских стройках стало не хватать кладочного раствора и штукатурки. Поэтому в Чупаевском карьере открыли цех по производству гашеной и негашеной извести, доломитовой муки для полеводства, каменной муки и щебня для дорог. Все это делалось из отходов камня.

Из чупаевского камня строились жилые дома и промышленные объекты не только Альметьевска, но и других новых поселков и городов нефтяных районов республики. «В Татарстане, где находили нефть, туда и отправился наш камень, – утверждал Хаертдин. – Из него построены Альметьевск, Лениногорск, Бугульма, Азнакаево, Джалиль, Заинск, Нурлатский сахарный завод «Спартак»…»

Невиданное изобилие

В самом же Чупаево из камня первым делом построили пекарню, магазин, обелиск погибшим в Великой Отечественной войне… Село с развитием каменоломни расцвело. Для работников строили дома. В деревне появились сносные дороги. Отец Дамира – Гамиль Идрисов, 1950 года рождения, вспоминает:

«В карьере тракторист получал 1000 рублей дореформенными, а машинист – 2000. Женщины-разнорабочие – около ста рублей. А автомобиль «Москвич-401» стоил тогда 9 тысяч, «Победа» – 16 тысяч. Но тогда было не до автомобилей, нужно было обустраиваться, кормить семью».

Рамза Гимадеев, 1949 года рождения, устроился в карьер помощником машиниста в 1967 году. Здесь шла работа вовсю, в три смены. В селе было уже шесть магазинов, один на карьере.

«Всё, что хочешь, там было. Специальное снабжение, – с гордостью вспоминает Рамза. – Такого нигде в стране не было, как в наших магазинах. Копченая колбаса, разная рыба, сливочное и шоколадное масло, пожалуйста. Водка была хорошей, вечером выпил – наутро никакого запаха. «Московская» – 2 рубля 12 копеек. Пиво, вино из бочки. Ателье, парикмахерская, где женщинам делали прически. Был даже зубной врач на карьере. Там было административное здание».

Возможно, невиданное для того времени изобилие было связано и с тем, что в селе поначалу размещались нефтяники – в бараках, финских домиках. Для них построили баню, клуб с паровым отоплением, своим электроснабжением. А вот газификация села началась лишь в 80-е годы прошлого столетия.

В разное время карьер подчинялся различным структурам. В начале 1960-х годов его вместе с техникой передали совхозу «50 лет Октября» и назвали «Чупаевский известковый завод». Но у новых владельцев не получалось дальше вскрывать породу, не было возможности ремонтировать технику. Объём работ значительно сократился.

В чем же секрет уникальности чупай-камня? Геологическую историю вопроса читайте в продолжении этой публикации в следующие выходные.

Фотографии предоставлены Анваром Маликовым. Использован личный архив Дамира Идрисова